За туманом и запахом сосны. Как работают гомельские лесоустроители

Инженеры-таксаторы проводят в командировках по восемь месяцев в году. Изучают лес, собирают данные о породах деревьев, их высоте, диаметре, качестве, оценивают прирост древесины. И никто из них никогда не променял бы эту работу на уютный офис со всеми удобствами. Ведь эти люди по-настоящему любят свободу и романтику дороги. Даже тех из них, кто уже вышел на пенсию и занимается на предприятии другой работой, все время тянет обратно в лес. О том, как устроена работа лесоустроителей и чем она важна, рассказываем на примере РДЛУП «Гомельлеспроект».

Директор РДЛУП «Гомельлеспроект» Сергей Тарасов (на фото — второй справа) с коллегами.

В среднем «Гомельлеспроект» выполняет около 30% всех ежегодно проводимых в республике «лесных» мероприятий. Что немало, учитывая штатную численность — чуть более 80 человек. Гомельские специалисты работают не только в родном регионе, но и за его пределами. В этом году, например, их объектами были Богушевский, Оршанский и самый северный — Поставский лесхозы Витебской области.

— Костяк нашего коллектива составляют инженеры-таксаторы. Я бы сказал, что это романтики XXI века. Большую часть своего рабочего времени — до восьми месяцев в году — они проводят в служебных командировках. Это специалисты экстра-класса с высшим образованием, чья работа состоит в том, чтобы изучить каждый участок леса, составить его полное описание. Впоследствии собранные и обобщённые «в поле» данные ложатся в основу той огромной информационной базы, по которой рассчитываются запасы зелёных насаждений, формируются проекты лесоустройства, — говорит директор предприятия Сергей Тарасов.

Работа таксатора специфичная и далеко не каждому по силам. Нужно быть хорошо подготовленным физически, выносливым, по-настоящему любить природу. Таксатор умеет планировать свой рабочий день, лично несёт ответственность за сроки и качество выполнения задания. Оплата труда сдельная, работники могут сами влиять на её размер. В силу специфики работают таксаторами в «Гомельлеспроекте» в основном мужчины. Женщины тоже есть, но в длительные командировки их стараются не отправлять.

— Это работа для тех, кто не боится испытать себя, мечтает побывать в малохоженых уголках Беларуси, своими глазами увидеть красоту родного края. А ещё — жить полноценной, насыщенной и главное, реальной, а не виртуальной жизнью, — убеждён руководитель.

В поле с планшетом

Дмитрий Ивкин, начальник лесоустроительной партии:

— Только что мы закрыли полевой сезон, вернулись на камералку обрабатывать собранную информацию. Работали в Поставском лесхозе с апреля по конец ноября. Готовили картографические материалы, контролировали выполнение ранее предложенных мероприятий, намечали новые. Лесхоз очень интересный: 30% площади занимают государственные заказники. Это особо охраняемые территории. Зверей там уйма, в том числе краснокнижных. Мы даже на барсука как-то наткнулись. Но сфотографировать не успели — в нору юркнул, скромняга. Следы медведя видели, хотя с самим Потапычем, к счастью, не встречались. Лоси, олени, зайцы — они в тех местах вообще как домашние животные.

Дмитрий Ивкин (на фото слева) и ветеран отрасли, проработавший на предприятии 46 лет, Евгений Беляев.

На Витебщине много разных речушек и заболоченных территорий, канав и ручейков, поэтому бобры там тоже не редкость. Плотины их повсюду. Мы по ним даже водные преграды преодолевали. Крепко строят, на совесть.

Ходить приходится много, за день в среднем километров 10-12 по лесу нахаживаем. Хотя в былые времена случалось и по 20.

Жили в гостевом домике лесхоза со всеми удобствами, включая интернет. Поэтому могли собранную информацию обобщать и через планшеты, которые теперь вручную заполняемые когда-то карточки заменили, отправлять в Гомель.

В общем, поработали от души и на совесть. Это же прекрасно, когда ты сам себе хозяин, можешь выбирать, чем заняться: в лес пойти, документацию подогнать, даже у костра с гитарой посидеть. Единственный, пожалуй, атрибут, который у современных таксаторов с прежних времён остался.

Похожих лесов не бывает

Валентина Шкут, начальник отдела цифровой картографии и геоинформационных систем:

— В «Гомельлеспроекте» работаю с 1996 года. По базовому образованию я физик. Так что когда здесь предложили работу, про лес практически ничего не знала. Зато после поняла, что он похож на человека. Те же стадии проходит — молодняк, спелый, перестой… И как люди, все леса разные. Ближе к Гомелю, например, — рекреационно-оздоровительные, подальше — эксплуатационные. И подход к ним сообразный. Если первые рассчитаны на интенсивную нагрузку, связанную с массовым пребыванием людей, то спелыми в них считаются сосны, прожившие 101 год и более. Дубы вообще более 121 года. В эксплуатационных лесах средний срок вырубки — 81 год. И по составу леса различаются. В нашей области преобладают сосны, дубы, берёзы. Дальше на север чаще ель встречается.

Валентина Шкут.

Главная задача нашего отдела, в котором работают 11 человек, обобщить в единую базу данные, собранные таксаторами во время полевого сезона. Причём как в текстовом, так и в картографическом виде. Объём большой, буквально по каждому выделу. Но сейчас это делать проще, техника у нас современная. Хотя я застала времена, когда тексты набирали с карточек, вручную заполненных таксаторами. Да и карты рисовали и раскрашивали самостоятельно. Теперь эти процессы компьютеризированы, карты изготовляем на цветном лазерном принтере.

Работа у нас не монотонная. В лесу ведь постоянно что-то происходит: его рубят, высаживают, чистят, последствия стихии устраняют. Эти данные постоянно поступают к нам из лесхозов, благодаря чему информация в базе обновляется в режиме нон-стоп.

Из пианистов в таксаторы

Анна Шершнева, инженер-таксатор:

— По первому образованию я учитель музыки, но после музколледжа решила пойти учиться на отделение лесного хозяйства биофака ГГУ имени Ф.Скорины. Это, вместе с БГТУ, основной поставщик кадров для лесного хозяйства. Вот потянуло на романтику, ничего с собой поделать не могла. И не жалею: работа интересная, зарплата приличная, соцпакет хороший. Работаю с августа этого года, поэтому специалистом себя ещё не считаю. Нелегко пока, нужно многое знать и запоминать. Зато интересно, да и коллеги опытные никогда в помощи не отказывают.

Анна Шершнева с коллегой.

Коллектив здесь великолепный, встретили как родную. Тут вообще отношения особые, больше, чем товарищеские. Особенно это проявляется во время полевых работ, куда я тоже уже выехать успела. Под Речицей делали отводы лесосек. Впечатления незабываемые. Оказывается, по настоящему лесу ходить — это не на шашлык выехать. Пришлось в такой ольшаник лезть, чтобы границы замерить — мама родная! Осока выше меня ростом, вместо тропинки — скользкий ствол упавшего дерева, кругом поваленный лес — не знаешь, куда смотреть: то ли под ноги, то ли вперёд. Но было классно!

По-прежнему тянет в лес

Михаил Гонжуров, ведущий инженер по материально-техническому снабжению:

— Моя задача — техническое обеспечение деятельности предприятия, снабжение работников спецодеждой, ведение теплового и электрохозяйства. Но себя полноценным «тыловиком» не считаю, потому что 40 лет назад начинал карьеру в «Гомельлеспроекте» рядовым таксатором. Работа во все времена не простая. Бывало, в день по 20-30 км проходить доводилось, всё по тайге. Мы ведь долгое время по всему Союзу работали, в таких местах бывать приходилось, куда и на вездеходе не добраться. Простая штормовка тогда роскошью была, как и сапоги-болотники. Ружья на себе таскали, палатки, пистолеты. Не только для самообороны, но и потому, что многие карты секретные были. Да и зарплату начальник партии прямо на место работ мешками возил.

Михаил Гонжуров.

Теперь, конечно, всё изменилось. Транспорта хватает, оснащение на уровне. Те же противоэнцефалитные костюмы взять. Очень удобные и практичные. И, кстати, белорусского производства. Обувь тоже современная: или берцы, или сапоги из ЭВА. Это от района, где ведутся работы, зависит. В этом году в Витебской области трудились, там болот и мест заболоченных много, в ботинках не походишь.

Всё обмундирование считается средством индивидуальной защиты и выдаётся бесплатно на год. Если приходит в негодность, заменяем без вопросов по первому требованию. Так что ребят не обижаем, понимаем: лес всегда лесом остаётся. Признаюсь, мне и самому хочется порой рвануть вместе с парнями опять в «поля». Перефразируя песню советских романтиков, за туманом и за запахом сосны.