В начале 1980-х Любовь Шаговик окончила медучилище Гомеля и устроилась на работу в военный госпиталь. Именно оттуда, в статусе служащей Советской армии, её и ещё одну медсестру отправили работать в Афганистан. Спустя 37 лет гомельчанка рассказала журналистам «Белки», как это было.
В молодости о плохом не думаешь
«Помню, был конец лета 1985 года. Меня, тогда старшую операционную сестру, и Валю Авраменко из приёмного отделения вызвал начальник госпиталя. Сказал, что нужно отправить двух специалистов в Афганистан. Как мы потом узнали, в одной из бригад, дислоцированной на юге страны, началась эпидемия холеры. За сутки от обезвоживания от трёх до пяти человек умирали. Вот и было решено принять экстренные меры. Но тогда мы ни о чём не догадывались: «Надо — значит, надо», — вспоминает Любовь Шаговик.
Провожали девушек, как солдат в армию. Начальник госпиталя шутил: «Не робей, Любаша, мужика настоящего на войне найдёшь, замуж выйдешь».
«Да не хочу я замуж, — отвечала Любовь Шаговик, — мне кавалеров и тут хватает».
А дядя Паша, бывший моряк, снял с руки командирские часы и хотел ей вручить. Но девушка только отмахнулась: подумаешь, невидаль — я в Афганистане себе «Сейку» настоящую куплю.
Документы оформили быстро, и вскоре гомельчанки оказались в подмосковной части, где медиков-инфекционистов собрали, казалось, со всего Союза. Неделю им делали прививки: от тифа, гепатита, малярии. Как только карантин прошли, погрузили оборудование в несколько Ил-76 и полетели. Промежуточная посадка была в Таджикистане , там ночью дозагрузились и утром взяли курс на Афганистан.
«Летели, песни пели, смеялись… Никакого страха. В молодости ведь о плохом мало думаешь», — улыбается наша героиня.
Госпиталь особо опасных инфекций
Приземлился самолёт в провинции Нангархар, в самом тёплом городе Афганистана — Джелалабаде. То, что он «тёплый», девушки почувствовали сразу. Едва опустилась аппарель самолёта, накрыло ощущение, будто попали в жарко натопленную сауну. Первое, что бросилось в глаза, — форма одежды солдат, которые обслуживали аэродром.
«Панамы, берцы, автоматы и синие уставные трусы. Всё, больше ничего на них не было. Ещё бы, осень на дворе, а жара под 50 градусов в тени», — говорит Любовь Шаговик.
По прибытии в гарнизон первым делом разбили медицинские палатки: приёмное отделение, тифозное, гепатитное, малярийное. Называлась полевая больница «Госпиталь особо опасных инфекций».
Только развернули его, как сразу же начали поступать больные. Потоком шли, только успевали принимать и первичное обследование проводить.
«А какое обследование — снимай штаны и на горшок, будем содержимое изучать. В этой связи трагикомический эпизод был. В октябре задул «афганец» — жаркий ветер с песком из пустыни Каракум. Его порывы бывают очень сильными. Однажды так дунул, что все палатки наши, как птицы, улетели. А хлопцы на горшках сидят, ничего понять не могут. И смех и грех на них смотреть было», — рассказывает наша собеседница.
Когда суматоха первых дней улеглась и госпиталь вошёл в рабочий ритм, Любовь Шаговик из приёмного отделения перевели процедурной сестрой в гепатитное. Работы прибавилось в разы. Бывало и по 180 лежачих больных на одну медсестру.
Кровати в два яруса, сначала нижние к капельницам приходилось подключать, потом солдат местами менять. Одновременно тяжёлых к эвакуации в Кабул готовить, документы на каждого оформлять и ещё хозяйственные вопросы решать.
Поэтому сейчас, когда некоторые коллеги жалуются, что целых 15 капельниц за смену поставили, наша героиня только удивляется:
«В 1985 и 1986 годах был пик противостояния наших войск и моджахедов. Крупные войсковые операции следовали одна за одной: интенсивные бои в Панджшерском ущелье, масштабные операции в провинциях Кундуз, Тахар, Бадахшан, уничтожение укрепрайона в Герате… А с инфекционными заболеваниями только в наше отделение минимум 15 солдат и офицеров каждый день поступали. Как ни крути, а на боеспособности подразделений такая ситуация сказывалась. Бойцов срочно надо было в строй возвращать, что мы и делали круглосуточно».
На войне атеистов нет
Времени для отдыха, тем более для личной жизни, в таком рабочем темпе практически не оставалось. Хотя окружающая природа способствовала романтике.
«Одни апельсиновые рощи чего стоили. Они когда цветут, аромат такой, что любой французский парфюм отдыхает».
Зато окружающая действительность была другой. Впервые Любовь Шаговик ощутила, что такое война, накануне 1986 года:
«К нам частенько забегал Юра Земляк, слушатель военно-дипломатической академии. Официально он переводчиком числился, но, подозреваю, больше разведкой занимался. Как-то медсестра из реанимации медсанбата, что рядом располагался, приходит и говорит: «Ты Земляка знаешь?» — «Ну да, — отвечаю, — Новый год вместе встречать собираемся». — «Иди к нам в отделение, он тебя зовёт». А сама глаза отводит. Оказалось, он на мине подорвался, ногу по самый пах оторвало. Так жалко его было: молодой, красавец, умница. И на тебе, отметили праздник…»
Вскоре, несмотря на прививки, наша собеседница и сама заболела желтухой. Лечилась сначала в том же госпитале, где работала. Но врачи всё никак не могли на ноги поставить. Поэтому вместе с тяжелоранеными солдатиками её отправили на вертолёте в Кабул, в центральный инфекционный госпиталь. Лечили долго — гормонами, что по тем временам было редкостью.
Там Любовь Шаговик своими глазами увидела, что такое инфекционные болезни:
«Каждый день на процедуры ходила мимо уложенных в ряды и накрытых брезентом солдат. Не от ран скончавшихся, от инфекций».
Свадьба без приданого
Со временем медицинские палатки сменились блочными модулями, в которых девушки и работали, и жили. Для медсестёр был предназначен отдельный жилой модуль.
«В нашей комнате все белоруски собрались: из Гомеля, Бобруйска, Минска, Полоцка. В соседней жили две украинки из Ровно и Львова. Эти всегда особняком держались, но работали хорошо, ничего не скажу. Парни, конечно, за нами пытались приударять — и офицеры, и солдаты. Но у нас работы столько было, что особо не до свиданий, только б до койки доползти», — вспоминает гомельчанка.
Но наказ начальника гомельского госпиталя Любовь Шаговик всё-таки «выполнила» — вышла в Афганистане замуж.
«Как-то после дежурства мы с Валентиной пошли одеяла вытряхивать. Тут подходит ко мне десантник-капитан, наглядно нам знакомый, и говорит, мол, киностудия «Беларусьфильм» снимает в Джелалабаде ленту «Человек, который брал интервью» с Аристархом Ливановым в главной роли. Он с бойцами обеспечивает безопасность съёмочной группы, и ему нужна медсестра на всякий случай. Так уговаривал, что отказать не могла. Хоть и устала смертельно, да кто ж от возможности со знаменитостью пообщаться откажется?», — продолжает рассказ наша героиня.
И только потом девушка поняла, что у бравого капитана Саши это способ познакомиться такой. Толку на съёмочной площадке от присутствия медсестры, у которой с собой ни бинта, ни йода не было, никакого. Зато потом чаёк, разговоры по душам, сначала редкие, затем более частые встречи. А через месяц парень сделал предложение: «Поехали в Кабул, распишемся в посольстве».
«В качестве свадебного подарка выделили нам дополнительно продуктов и комнату отдельную в модуле для семейных. Просидели полночи с друзьями, а в шесть утра общее построение, и каждый по своим делам. Я в госпиталь, Саша со своими десантниками на очередную боевую операцию».
Девушка ждала его, волновалась. Но он каждый раз возвращался невредимым и всегда привозил охапки разноцветных роз.
«Сколько раз его просила: «Не надо, вдруг на мину нарвёшься». Куда там! Афганистан его пощадил, а вот в 90-е на Дальнем Востоке бандитская пуля достала…», — говорит Любовь Шаговик.
Вернувшись в родной Гомель, Любовь Борисовна продолжила работать медсестрой и трудится до сих пор. Сейчас — в Гомельской городской клинической больнице №2.
Её коллеги, особенно из числа молодых, практически ничего не знают о её юности. А вот она помнит, несмотря на почти 40 минувших лет, всех, с кем делила трудности афганской жизни: гомельчанку Валентину Авраменко, Галину Солоховскую из Полоцка, Аллу Горохову и Галину Саховскую из Бобруйска, Ольгу Тарасик из Минска. Простых белорусских женщин, которые даже в пекле Афгана оставались для советских солдат сёстрами милосердия, ангелами любви и надежды.
Автор: Александр Евсеенко. Фото: Татьяна Федоренко
Сейчас читают:
Подпишитесь на наш канал в Яндекс.ДзенБольше интересных новостей - в нашем Telegram
